Глава 41. Новые нагрузки...

Незаметно время бежит. Вот уже и годик Ванечке,  ноябрь на дворе,  а значит и мне 37 исполняется.

Если раньше Иринка почти не реагировала на Ваню,  просто игнорировала и подходила только в крайних случаях,  то теперь сменила гнев на милость и стала уделять ему больше внимания. Видимо смирилась с его присутствием окончательно. Да и отношения между нами начинают смягчаться,  реже вспышки агрессии,  наверное,  взрослеет и умнеет дочка,  выходит из подросткового нигилизма. Теперь мы поздно вечером,  когда все легли спать или вечерами в выходные частенько сидим вместе на кухне и о многом разговариваем. Она рассказывает о работе,  о смешных случаях,  об актёрских байках и я с удовольствием её слушаю. Когда она увлекается и начинает,  что-то выдумывать,  фантазия у неё богатая и это не ложь,  а именно стремление дофантазировать жизнь,  я сразу это вижу. Я неё появляется мечтательное выражение,  и глаза устремляются в потолок. Я улыбаюсь,  очень ярко вспоминая себя и свои фантазии. Впрочем,  они со мной всегда,  всю жизнь. Именно фантазии и сны,  которые я себе частенько заказываю,  помогают мне преодолеть трудности жизни,  особенно в периоды запоев мужа. Похоже,  что и ей это помогает выживать,  видимо тоже творческая натура,  а значит ранимая. Может от этого сродства душ,  так часто искрит между нами,  кто знает? Кстати,  она начала курить,  что толку ругаться,  если мы с Сашей сами курим,  а она подражает нам,  ничего не поделаешь. Пробовала объяснить,  что это к хорошему не приведёт,  отмахнулась.

Теперь,  когда Ванечке исполнился годик,  я решаю,  что хватит сидеть без работы,  хотя он по-прежнему остаётся на моих руках,  но можно же снова брать работу на дом. Звоню Ирине,  советуюсь с ней, она отвечает, что с радостью согласна,  им с Лидой станет легче,  но сама-то я потяну? Потяну, отвечаю.

И впрягаюсь. Вечером к 8 часам,  подбегаю на почту,  забираю отработанное и домой. Всех уложу и часов до 2-3 ночи сижу с проверкой. На следующий день вечером проверенное отношу и беру новую порцию. Так и управляюсь. Недосыпать уже не привыкать. Когда Женька рос,  и я совсем практически не спала,  думала,  не насплюсь всю последующую жизнь,  а теперь это стало в порядке вещей и даже не напрягало. Ко всему человек привыкнуть может. А я видимо от однообразия бытия устаю,  потому и ищу себе нагрузку,  чтобы разнообразить жизнь.

После третьей серии уколов, Ванечка начал стоять в кроватке. Правда по-прежнему на цыпочках,  но иногда опускался на всю ступню,  правда ненадолго и сидеть стал устойчивей. Теперь врач сказал,  что с уколами закончим,  после третьей стадии массажа,  перейдём к физиотерапии,  бассейну и лекарству сильному,  для закрепления результата,  развития речи и окончательной коррекции движения. Ручка уже движется без ограничений и боли,  дело за ногами. А вот разговаривать он так и не начал. Молчит,  только звуки удовольствия,  требования или недовольства издаёт и гримаски строит,  соответственно настроению.

Но любимец всей семьи. Улыбается всем светло и охотно и ласковый очень мальчишка.

Я ничего не писала о периодах прорезывания зубов,  но это всем итак знакомо, обезболивающих тогда не было,  пользовались народными средствами,  кто что знал,  а они не всем одинаково помогали. Зубки у всех резались,  как положено по возрасту,  кроме Володи,  вот этот помучил,  так помучил. Зубы у него начали о себе давать с двух месяцев,  а прорезались сразу восемь в восемь месяцев. То есть это не выдумка,  это такой избыток кальция в организме был,  как объяснили врачи изначально. У него родничок закрылся полностью в полтора месяца,  что было очень плохо,  нужно было беречь от травм и ударов,  а зубов тоже полны дёсны и ежемесячно выдавал температуру под сорок и все дёсны краснели,  слюноотделение усиливалось,  и мы мучились от болей и беспокойства ребёнка. Кстати он был в этом не уникален. У соседки с шестого этажа,  такая же история с дочкой была.

А у Ванечки,  слава Богу,  без подобных эксцессов,  так же,  как у других деток,  поплачет, потемпературит,  попоносит дня два и зубки прорезались.
Хоть в этом повезло. А так каждый по-своему чем-то уникальным запомнился,  может потому и дороги все одинаково.

Женя у нас теперь всё больше снабженцем работает,  по магазинам ходит уже не только за хлебом и молоком. Ответственный мужичок растёт,  таким на всю жизнь и останется,  заботливым и ответственным. А главное во всём разбирается,  во всё жизненное вникает,  а вот учится с ленцой,  на троечки,  но не всем видимо звёзды с неба хватать. А любопытный,  страсть. Мы с Иринкой разговариваем,  а он за углом маленького коридорчика таится,  не понимает,  что тень его на стену падает. Вот Иринка и поддевает его: «уши греть кончаем,  закипят»,  он сразу порскнет в комнату,  будто его здесь и не стояло. А потом снова подползает,  ну как же,  много интересного пропустить можно.
Иришка часто,  то его,  то Володю к себе в театр берёт на спектакли,  их там уже все знают. Особенно Володю,  он же егоза и бедокур,  а Женя наоборот тихий и скромный. Такие вот разные детки. Но Вовка так и остаётся Иришкиным любимцем,  оттого ему много позволяется с её стороны. Она,  когда я при рождении написала,  что бегемотика родила,  сказала: «смотри,  этот бегемотик самым красивым вырастет». Как в воду глядела,  отличается он от братьев и сейчас,  словно лошадь породистая.

Они симпатичные,  но обычные,  а он словно с изюминкой,  хотя не без горчинки. Время бежит,  уже и 86 год на дворе. Жизнь меняется на глазах. Закончилась пора чехарды правителей и самодурных правил,  началась пора говорильни,  часто из пустого - в порожнее и каких-то смутных ожиданий. А наша жизнь,  в плане материальном и порядках бестолковых,  никак не меняется. В верхах всё бурлит,  а в низах то же болото. Вот и  с дочкой часто об этом говорим. Как-то,  не помню по какому поводу,  я сказала,  что мы хорошо живём,  а нам все просто завидуют и навредить хотят,  так дочка меня высмеяла: «Мам,  да кто нашей жизни позавидовать-то может. Вот ты пашешь всю жизнь,  как лошадь,  а что заработала?» Я,  честно говоря,  призадумалась. Возможно,  именно в то время впервые стала присматриваться и прислушиваться к себе и жизни вокруг по-иному. Вот ведь как иногда дети дают толчок к прозрению,  ведь и радио зарубежное разные голоса слушала,  да мимо всё проходило,  мимо сознания,  я имею ввиду,  а тут словно открылись глаза и на нищету нашу и на бессмысленность и на вечную борьбу ,  а как же иному-то нас не учили. Не учили жить,  а всё кормили обещаниями,  о светлом завтра,  а как Иришка подсказала,  завтра то и не бывает,  проснёшься,  а уже сегодня и вчера было. Где оно,  твоё завтра,  химера одна. Так-то вот,  век живи,  век учись,  дураком помрёшь,  как в народе шутят.

А с открытием глазок и пошло поехало,  политика в голову полезла,  до неё ли? А,  оказалось,  мимо не проходит.

А Иришка стала разную литературу подбрасывать. Стыдно сказать,  но я тогда и Саша тоже в этом только возрасте с Булгаковым познакомились,  с Рыбаковым,  и глаза стали всё шире открываться. И Стругацких по-иному понимать начала и Вайнеров. Много кого перечитала,  время нашлось,  значит,  в любом возрасте и образовываться и прозревать не поздно.

Случилось в нашей жизни в это время и другое событие,  с Иришкой. Приболела она,  стали частые головокружения,  слабость,  бледность,  проверили анализы,  а у неё гемоглобин крайне низкий,  малокровие развивается. Назначили ей уколы,  витамины колоть,  вот с ними-то и вышла неприятность. Медсестра,  когда уколы делала,  в шприцы заранее лекарство набирала,  чтобы время не терять и быстрее обслуживать. Вот так и вколола,  перепутав шприц Иришке,  вместо необходимых витаминов - гормональный препарат,  предназначенный другой женщине. А Иришка с простудой очень сильной в 55-ой лежала,  там это и случилось. К вечеру ей плохо стало,  что-то там с реакцией организма произошло,  и её обследовали,  кровь взяли. Так ошибку и обнаружили.

А на следующий день,  мне врач из больницы позвонила с просьбой подъехать к ним. Договорились,  Саша отгул на работе взял,  чтобы с детьми побыть,  а я в больницу помчалась.

Рассказали мне всё,  заискивают передо мной,  дело-то нешуточное оказалось. Вопрос стоит о дальнейшей её судьбе,  возможности бесплодия. Этого только не хватало. Вот и говорят,  им надо образец тканей на анализ взять из матки,  а она девственница,  и придётся хирургическим путём дефлорацию делать,  мы справку,  мол,  дадим. А у Иришки истерика,  что,  мол,  я буду будущему мужу,  справку в нос совать. Почти до вечера я с ней просидела,  уговаривая её и объясняя,  что девственность не показатель чистоты и непорочности. Долго разные случаи жизни перебирать пришлось,  пока она успокоилась и поняла,  что здоровье и будущее важнее. Лечили её потом от последствий этой ошибки не менее полугода,  не в больнице,  в стационаре. А больница более всего боялась,  чтобы мы в суд не подали. Переживала и тряслась она долго,  что бесплодной останется,  пока не забеременеет потом,  всё будет бояться этого.

Такие вот ошибки и в медицине нашей допускали,  многим они жизнь ломали. Так вот до 18 своих лет уже узнала она прелести женской жизни.

В остальном жизнь того периода рутинно протекала,  Ваню лечили,  я работала,  Володя не болел простудами более,  Женя подрастал и взрослел,  а у Иришки к лету перемены в жизни произошли. Взяли их с Таней на радио,  они моментом из театра уволились и перешли на Гостелерадио,  на Новокузнецкой работать звукооператорами. Знать бы заранее,  к чему это приведёт,  костьми бы легла - не позволила. Но не дано нам будущее своё видеть. А Жене летом приобрели собаку,  очень он хотел,  а тут у соседей собака ощенилась,  в соседнем подъезде,  ну и взяли щеночка. Ох и счастлив он был. А другого почтальон наша Татьяна себе взяла. Щенка взяли,  а кот,  бывший у нас до этого,  сбежал,  вырос созрел,  девочку захотел,  недоглядели и сбежал. А потом свободу полюбил. В дом больше не идёт,  может из-за щенка,  может сам по себе. Кормить себя даёт,  Иришку до метро провожает и вечером встречается. Потрётся об неё,  поластится,  поговорит с ней на кошачьем языке и снова на свободу.

Насчёт «поговорит»,  я не шучу. Иришка с кошками говорить по их умела,  в деревне научилась. И их мур-мяу изображала неподражаемо. Весь подъезд дивился,  как кошки со всей округи вокруг неё вьются,  трутся и сигналы её исполняют. Она и как кошка с котятами нежится,  и как сигнал тревоги подаёт и как сердится и как прятаться велит,  всё изображала. А к собакам с прохладцей относилась,  просто терпела их,  не более. Вот что случилось с собачкой. Мы давно выбросили старую кровать,  а поролон из неё использовали для обивки нижней части балкона,  для предохранения от холода,  совсем забыв,  что когда-то морили клопов,  и вещество могло сохраниться в поролоне. Вот однажды,  когда у нас была в гостях Татьяна,  со своим щенком,  оба щенка играли и погрызли поролон,  никто этого не увидел,  а к вечеру у обоих щенков началась рвота,  понос с кровотечением. Мы заметили у своего только наутро,  дети то спать раньше ложатся,  а Таня поздно вечером обнаружила и помчалась на Коломенскую,  в ветлечебницу. Там сразу сказали отравление и назначили лечение. В общем,  их щенок выжил. А нашего мы утром обнаружили полумёртвым. Я его откачала,  но не знала,  что с ним,  а помощь ему нужна,  это видно. И Женя сам поехал в ветлечебницу ближайшую к нам,  на Красный Строитель. А там не ветеринары,  а коновалы работали. Они даже обследовать не стали,  заявили чумка и вкололи прямо на руках у ребёнка усыпляющий укол. Что после этого было с моим сыном,  можете представить. Много времени понадобилось мне,  чтобы привести мальчишку в себя после такого горя и проявленной к нему жестокости. После этого до 17 лет он не решался завести собаку.

Ну и немного о своей глупости расскажу,  которая тоже пришлась на это лето. Я очень давно хотела переставить встроенный шкаф из маленького коридорчика,  в большой,  чтобы расширить проход на кухню мимо ванной и туалета.

В коридоре я соорудила целую стенку своими руками из старого стола,  дивана,  его деревянных частей и кровати,  благо всё было одной выделки. Просила мужа,  но он разозлился,  я,  мол,  не плотник,  этого не умею,  и не заставляй. Пришлось осваивать всё самой и сделала ведь. А теперь захотела шкаф переделать. Сказано-сделано. Тем более мне предстояло только разрушить,  а сделать брался Сергей,  Верин муж.

Освободив шкаф,  я разобрала все полки,  сняла двери и переднюю коробку. А боковая стенка была сделана из гипсолита,  её нужно было разбивать. Ну и дура-баба взялась рушить её снизу,  а не сверху,  как сделал бы нормальный мужик. Провозилась я с этим до вечера,  надо же и с детьми с обедом и прочим заниматься. В общем,  почти к Сашиному приходу стенка была разбита до половины и я стала собирать обломки в мешок,  а оставшееся - в бак. При этом оказалась сидящей,  как раз под разрушенной стенкой,  не замечая,  что один кусок висит на волоске. Видимо он за мной охотился. Как раз открылась дверь,  и вошёл Саша,  я погружала в бак очередной обломок,  когда входная дверь захлопнулась,  и в тот же миг кусок оторвался и упал на меня,  точно в то место,  где когда-то побывал Сашин кулак. Я так и осталась мордой в баке,  откуда меня выволок Саша и привёл в чувство,  а после этого изрядно отругал,  что,  мол,  не могла я его подождать и он сам бы всё сделал.

Последствием этого стали сильные периодические головные боли и головокружения. Я второй раз разбила многострадальный Атлант.

Доразбирал стенку Саша,  новый шкаф за выходные слепил Сергей,  заодно он сделал дверную коробку и антресоль в узком коридоре. Мы навесили туда дверь,  и хозяйственный отсек отъединился от жилой части. Цели своей я достигла,  но какой ценой?!

Кстати,  вспомнилась и другая моя глупость,  чуть не приведшая к страшной беде. Когда избавлялись от старого серванта,  взамен купили новый,  мне жаль было выбрасывать его верхнюю часть,  и я попросила Сашу повесить его на стену,  как полку. Саша сделал всё на совесть,  подложив под него опорные крюки,  чтобы от тяжести не сорвался,  но одного мы не учли,  гипсолит мягкий и со временем стал проседать от тяжести и ослаблять верхний крепёж.

А полка висела в изголовье кровати. Я покормила двухмесячного Ванечку и уснула,  рядом с ним. Потом проснулась от того,  что меня словно,  кто-то тронул мягкой мохнатой лапкой за плечо. Я подумала,  что это,  наверное,  был кот,  но нет,  кот спал на кресле.
Я решила сходить в туалет,  но тут же подумала,  что прежде нужно переложить Ванечку в кроватку и взяла его. Только я сделала шаг от кровати,  как сзади загремело,  я инстинктивно пригнулась,  закрывая собой ребёнка,  обернулась и увидела рухнувшую на кровать,  как раз на то место,  где лежал Ванечка перед этим,  полку.

Когда я представила,  что чуть не случилось,  я опустила сына в кроватку и рванула в туалет. Теперь я знаю,  что медвежья болезнь,  это не сказки,  испытала на себе. Полку Саша потом разбил и выбросил со злостью! Может из-за этого он и отказывался сооружать коридорную стенку.

А я лишний раз убедилась,  что добрая сила и предупредила меня и спасла нас с сыном.

Больше мне в голову в жизни не приходило сооружать хоть что-то в зоне кроватей,  научилась.

Глава 42. И чёрным полосам конец приходит.

Когда Иришке было 10 лет,  мы устроили ей день рождения с подругами,  кого она сама захочет видеть. Заранее договорились,  сделали сладкий стол,  девочки пришли,  и целый день комната и всё что в ней было в полном их распоряжении. Они и повеселились и пообщались без назойливого пригляда взрослых. Время провели прекрасно,  и Иришка запомнила его на всю жизнь. В остальное время дни рождения мы отмечали подарком,  поздравлением каждому ребёнку и тем,  что вели его куда-то,  где он мечтал побывать. А такой праздник был только один раз.

Вот памятуя об этом,  Иришка в свою очередь решила соорудить такую же вечеринку для 13 летнего брата. Заранее обговорила с ним количество гостей и всё для них приготовила. В общем,  мама не могла,  замотана,  сестра сделала. И вот по сей день,  уже взрослый семейный мужик,  с теплом и со слезами на глазах вспоминает этот поступок сестры,  хотя они всё время ссорились и враждовали,  а тут такое и показало истинное отношение друг к другу,  а ссоры наносное,  сиюминутное.

Это первое светлое событие осени.

А тут и ярко наметились перемены в Ванечкином состоянии. Плавание в бассейне,  сеансы физиотерапии,  занятия лечебной физкультурой и дальнейший приём индийской микстуры,  для развития моторики и мозга,  а в противовес ей микстуры Леонури,  для гашения излишнего возбуждения - дали свои результаты. Ванечка пошёл. Не без маленького приключения. Сначала он прочно начал стоять в кроватке,  настолько прочно,  что стал раскачиваться на верхней планке кроватки,  а она ложится пазами на штыри,  а к нижней решётке прикреплена резинками. Вот он сдёрнул её со штырей,  резинка натянулась,  а потом сжалась,  и Иван совершил кульбит из кроватки. Поймать его успели,  но об эту палку он ударился подбородком и насадил губу на нижние зубы. Дырка образовалась,  но не насквозь,  поплакал,  и потом зажило всё. А мы решили,  что пора ребёнка выпускать из плена.

Спустили его на пол,  а он встал и пошёл,  правда,  пока правая ножка чуть вывернута,  но уже совсем чуть-чуть. А по мере продвижения,  выверт на глазах становится всё меньше и меньше,  а вскоре всё придёт в полную норму. И ещё радость,  наш малыш заговорил,  а главное не отдельными словами,  а сразу предложениями. Пока из двух трёх слов,  но мысль законченная,  и прогрессирует так же быстро,  как и с ходьбой,  буквально наращивая темпы с каждым днём. Можно ли передать радость от этого,  два года упорных занятий,  лечения и мучений и успех налицо. Страшно подумать,  что могло бы быть. Когда в ноябре мы пришли к Владимиру Семёновичу на приём и Ваня,  войдя в кабинет своими ножками,  с порога выдал: «Здаствуйте,  это я пишол» нужно было видеть реакцию врача. Я смотрела и плакала от счастья. Он выскочил из-за стола,  подбежал к ребёнку,  подхватил его на руки,  расцеловал в обе щеки и,  держа на вытянутых вверх руках,  восклицал,  обращаясь к медсестре: «Нет,  Вы только посмотрите! Это же чудо,  если бы не я наблюдал этого малыша с самого начала,  ни за что бы не поверил!» Это он-то,  который уверял меня,  что всё будет нормально,  что всё пройдёт. Значит,  он сам сомневался,  что справится? Я об этом так и спросила,  а он ответил,  что сомневался,  что я буду чётко выполнять все его указания,  но теперь счастлив,  что я всё исполняла.

- Но ведь это же мой сын,  как могло быть иначе?

- К несчастью бывает и иначе,  - вздохнул он. Но большинство мам,  такие же самоотверженные,  как вы и это обнадёживает.

Вот так,  теперь мы могли жить спокойно,  не боясь возврата былого,  а уже после Нового года,  то есть в январе 87-го,  Ванечка выступал в детском саду на утреннике,  читая стихи. А ведь всего-то один декабрь,  как походил в садик. В группе,  куда он попал,  оказалось всего два разговорчивых ребёнка,  он и Анечка Колобова,  вот они на всех утренниках и отдувались. Остальные дети в сравнении с этими лепетали. И кто бы мог подумать,  что почти до двух лет,  мой молчал. Но молчал,  вовсе не означает,  что не слышал,  со слухом-то у него всё отлично было,  значит впитывал.

А сама я снова приступила к работе на почте уже реально,  а не на дому и бесконечно рада,  что теперь не отделена от жизни одними домашними заботами. Несмотря на то,  что дел прибавилось,  я чувствую себя бодрее,  видимо перемена обстановки действует благотворно. Снова,  как и прежде успеваю делать не только свою работу,  но и помогать девочкам в посылочном,  на бандеролях,  на кассе. В общем,  без дела,  праздно не сижу.

А женский коллектив,  остаётся женским и в нём,  как и везде,  всякой твари по паре,  есть и завистники,  есть и дружелюбные,  есть нейтральные.

К примеру,  наша Катюша Шкрет. Это тот ещё экземпляр. Мать двоих детей,  простая баба,  но с претензиями большими,  мы,  мол,  трудно жили,  так что детям нужно давать лёгкую красивую жизнь. Лёгкость и красота жизни в её понимание - это неограниченное потребление и достаток,  а также вседозволенность. К примеру,  мне она постоянно ставит на вид,  зачем я столько детей нарожала,  если у меня нет достаточно денег,  чтобы их содержать?! Я спрашиваю её:

- Разве я хожу за подаянием? Прошу тебя кормить,  поить и одевать моих детей?

- Нет,  - отвечает она,  - но вот ты их заставляешь и дела домашние справлять,  и по магазинам бегать,  и друг о друге заботиться. Они не живут в своё удовольствие. И ещё ты еду распределяешь,  делишь на всех фрукты,  мясное по кусочку,  поштучно,  а мои тарелками едят до пуза и делают то,  что им хочется,  а не то,  что я бы заставляла.

- Что ж,  Катюш,  - отвечаю,  - у каждого свои принципы жизни и воспитания. Цыплят по осени считают,  а результат потом скажется. Вот когда наши дети,  как люди состоятся,  тогда и померяемся.

- Да уже сейчас всё понятно,  мои мне благодарны будут,  а твои клясть тебя станут.

И не переубедишь,  крепко на своём стоит,  а я и не стала,  её дело. Главное и другие так же,  как она двое-трое рассуждающих есть,  а прочие на моей стороне. Потом встретимся много позже,  когда она будет плакаться,  что сын по тюрьмам,  и дочь сгулялась - ни учиться,  ни работать не хочет. Я только одно отвечу,  не жизнь виновата,  а твоя слепота. Не поймёт.

Сидит Катюша,  а я за перегородкой от неё работаю,  кричит на весь зал:

- Гончарука позовите!

Я не реагирую,  она раза три так крикнет,  идёт к нам.

- Не слышишь, я тебя зову.

- Меня? – удивляюсь, - ты вроде бы мужчину звала.

- Ну, ведь Гончарук у нас ты.

- Мало ли – отвечаю – Гончаруков у нас сама знаешь 25 семей на участке,  может ты к кому в зале.

- Нет,  к тебе - злится.

- Ну,  если ко мне,  то нужно говорить «Гончарук позовите»,  или проще «Веру»,  у меня ведь имя есть,  вроде не в казарме мы.

- Поумничай ещё!

- А что поумничай? А если я скажу: «Шкрета позовите» или «к Шкрету» подойдите? Нет,  Катюш,  не ерунда,  в женском варианте фамилии наши не склоняются.

Фыркнет и уйдёт,  наговорились.

Лиза оператор у нас. Нет недаром,  не люблю ещё с детства,  от отчимовой матери это имя. Очень она его оправдывает,  хитрая,  как лиса и скользкая. Всё время в глаза всем ластится,  а за спиной таких гадостей наговорит,  что мама дорогая. Очень любит мне палки в колёса вставлять,  а всё оттого,  что на место моё метит,  вот и ходит вокруг,  может тебе лучше дома сидеть с твоим выводком. Тонкие такие намёки,  тоньше и грубее не придумаешь. Но держусь,  закалённая уже и ранее наученная распознавать мины расставленные,  оттого не ведусь на подзуживания и провокации,  чем более злю. А со всеми остальными девчонками отношения ровные и добрые,  как и раньше. Они ведь,  девочки мои,  здорово мне помогали,  пока я дома сидела,  забегали,  не забывали,  за что я им очень благодарна и теперь стараюсь своей малой помощью,  отплатить сторицей. Клиенты тоже разные бывают,  такого насмотришься. Есть у нас один,  только завидим,  двери все на замки и милицию вызываем. Парень молодой,  27 лет всего,  психически больной. К нему наша почтальон пенсию всегда с милиционером носит,  иначе нельзя,  он всегда с кухонным ножом над душой стоит и если не может дня пенсии дождаться,  растратился,  бежит с этим ножом на почту. Однажды весь барьер ножом исколол,  а он фанерный и норовил стёкла побить. Такие вот клиенты бывают,  скручивать впору.
Всякого натерпишься,  насмотришься,  переживёшь. На участке нашем много знаменитостей жило. И Лещенко одно время на Кировоградской проживал,  и певец Белов,  может помните,  Дроздов пел,  и других много перебывало,  всех-то не упомнишь. Разные они одни терпеливые и обходительные,  другие капризные и раздражительные,  третьи свысока на тебя смотрят и сквозь губу цедят. И вот главное будто бы не понимают,  что по эту сторону барьера тоже человек сидит и тоже со своими амбициями и обидами. И ведь если конфликт случается,  то чаще всего оттого,  что не сдержал человек,  по эту сторону барьера свои эмоции в ответ на пренебрежительное хамство и показал свою,  хоть маленькую,  но власть,  помучил,  поиздевался,  придираясь к закорючкам. Кто-то из нас выше этого,  понимает мы обслуживающий персонал,  значит нужно терпеть,  а у кого-то нервы сдают. И никто не знает,  что на самом деле это простая цепная реакция и каков посыл таков ответ,  ведь где-то выход эмоциям быть должен,  вот клапан и срывается с котла. Но за это операторов потом крепко наказывают естественно рублём. А вот сдерживающимся нам туго приходится и мы потом,  зачастую эту накопленную энергию дома,  на своих родных выплёскиваем. По себе знаю,  сколько шлепков детям раздала,  там,  где в нормальном состоянии спокойно и даже с юмором отнеслась,  сколько кричала от бессилия. Ничто бесследно не проходит,  вот только тот,  кто своё плохое настроение на мне на работе сорвал,  пошёл себе дальше,  довольный собой,  а ведь ему его тоже кто-то испортил,  а домашние наши крайними в этой цепочке оказались. Такой круговорот в природе человеческих отношений,  в нашей до дикости задёрганной жизни.
Так вот и с Перетуриным случилось,  комментатором известным. Пришёл он посылку получать,  ему целый месяц извещения слали,  и уже возвращать посылку собирались,  а он и пришёл наконец-то,  где-то в командировке был. А там ему книги какие-то раритетные прислали. Сунулись выдавать,  а посылки-то и нет. Отослали? Нет,  отметки об отсылке не стоит,  и самой посылки нет,  как нет.

Искали всем начальством,  по всем полкам шарили и под стеллажами нашли обрывок от упаковки. Скандал был жуткий. Нашли и того,  кто посылку вскрыл и раздербанил,  не сразу,  но нашли, а Перетурину пришлось возмещать сумму потери,  ту,  что на посылке ценностью объявленной была. Он то втрое более требовал,  но закон есть закон,  во что оценено,  то и возвращают. Правда и часть книг спасти и вернуть удалось,  не все он продал. А вором оказался водитель машины,  который посылки привозит. По правилам никого постороннего пускать в помещение склада нельзя,  но сами знаете,  частенько правила нарушаются. Вот девочки при приёме посылок,  должны были окно,  где транспортёр закрыть,  документы оформить,  снова открыть и отдать ему. А окно открывалось включением транспортёра и закрывалось им же. Оператор поленилась,  ушла оформлять документы,  не закрыв окна,  а он по ленте транспортёра быстренько соскочил и пять посылок умыкнул,  среди них и эта. Шуму было,  когда все пропажи вскрылись. И такие случаи бывали,  работы без ошибок не бывает.

С газетами и подпиской та же история,  каждую пачку принимая,  нужно целостность упаковки проверять,  недоглядел,  схалтурил,  недосчитался. А водители - экспедиторы с киоскёрами в доле. Они из одной другой пачки сдёрнут дефицитное издание,  потом через киоск продадут,  а денежки поделят. Вообще воровство сильно процветало и,  как правило,  не на низовом и начальном этапе,  а именно на промежуточном,  а страдали конечные пункты и расплачивались они же,  не всегда похитителя сразу вычислишь. В случае с посылочным тоже благодаря свидетелю,  видевшему как это произошло,  раскрыли. Девочки из парикмахерской мусор во внутренний двор выносили,  как раз в момент его манипуляций,  а так бы и осталось неясным пятном.

Ну и в работе по доставке пенсий и переводов,  отчего такой строгий контроль. Люди разные почтальонами работают,  иной раз такое вскроется,  волосы на голове дыбом,  а она пошла на мухлёж либо от нехватки средств,  либо от начинающегося пьянства,  либо просто из зависти. Иной раз быстро вскроется,  а иной раз годами подворовывают,  если не зарываются. Так одна умудрилась переводы алименты себе получать,  а не клиенту доставлять,  подписи подделывала искусно,  не сразу вскрыли,  а после жалобы женщины. Она не сразу на почту обратилась,  а сначала с предприятием мужа выясняла и только потом к нам. Другая,  зная,  что клиентка в длительной командировке,  присваивала себе идущие ей переводы,  в надежде потом расплатится,  третья пенсионеров обсчитывала. И т.д. много таких случаев вскрывали и конечно безжалостно увольняли,  нельзя такого человека и дальше искушать деньгами. И во всех этих случаях нам приходилось идти к людям пострадавшим с извинениями и поклонами,  с тем,  чтобы далее отделения эти случаи не ушли,  иначе всё отделение премиальных лишали,  всех работников скопом. Такие порядки были. В стране всё уже на воровстве и неправде стояло.

Сходили девчонки в магазин,  завтрак туриста на обед купили,  открыли банку,  а там сайра отборная. Тут же клич,  по всей почте. Все туда же ринулись закупаться. Продавцы видят,  почта завтрак туриста метёт с полок,  тут же с продажи сняли,  сами вскрыли и по себе всю левую партию разобрали. В другой раз в консервах килька в томате икра красная оказалась. Так на рыбзаводах заделывали,  да промашка вышла,  перепутали партии,  не туда заслали. Кто-то нагорел,  а кто-то руки нагрел. И так повсюду.

Старушка умерла,  родственники не сообщили,  не похоронили,  а труп спрятали,  а к приходу почтальона её родную сестру привозят,  пенсию получать. А они похожи и старенькие,  поди,  пойми сколько лет,  а что подпись чуть другая,  так старость,  мол,  рука дрожит. Более года так получали,  пока вскрылось. Запах по всему подъезду полз,  собаки выли и шерсть дыбили перед дверью квартиры. А нас наказали,  халатность мол.

В магазинах,  идёшь получать продукты по талонам и своему удостоверению,  а на тебя кричат, злобятся, наплодили, мол, нищеты,  нам из-за вас жрать нечего,  а вы ртом и жопой хапаете. До слёз доведут, лишний раз идти боишься.

Я один всего раз ответила,  дуры вы бестолковые,  обвиняете нас,  что наплодили,  да ваше едим,  а того не смыслите,  что не мы вас обираем,  а государство и что наши дети потом в старости кормить вас же будут. Ваш единственный вас не прокормит,  так что те,  кого вы клянёте,  на вас же и работать будут. Нет,  не понимают,  злобствуют. В такой вот атмосфере и жили тогда.