Летом 1992 года на большом совещании в обладминистрации была представлена группа специалистов по приватизации из Германии, где аналогичный процесс только что завершился в присоединенных восточных землях. Тогда они казались нам пришельцами с другой планеты: выглядят и одеты как-то не по-нашему, говорят о непонятном. Например, о том, что целью приватизации является не получение наибольшего количества денег, а переустройство экономики. Кстати, от них стало известно, что наш  Гехт купил в Германии целлюлозную фабрику за 1 марку, но с обязательством инвестицией на 300 млн. марок. Обязательство он не исполнил и фабрику у него отняли через суд.

В общем, обладминистрация подписала договор с консалтинговой фирмой «Ост-евро» (финансирование целиком на германской стороне), и ее специалисты отправились по подмосковным городам.

О некоторых бытовых подробностях

Ответственным за прием иностранных консультантов в администрации был наш комитет по управлению имуществом. Первый приезд немецких товарищей – для нас настоящее ЧП. Приезжают вечером, их надо где-то устроить на ночлег, организовать ужин и завтрак. А у нас ни гостиницы, ни ресторана приличных. Договорились, что их приютят в доме отдыха на Авангарде. Но и там в 8 вечера кухня уже была закрыта, так что ужин (яичницу) пришлось готовить нашим сотрудницам. Это так, маленькая бытовая подробность, которых, впрочем, было довольно много.

Например, однажды после семинара для администрации мы повели гостей ужинать в столовую торгового училища. Замглавы по торговле и директор училища расстарались: стол ломился от яств, которых мы сами отродясь не видели. Один немец по этому поводу сказал: можно представить, сколько детей оставили голодными. Было ужасно стыдно.

С тех пор я решила, что будем им показывать нашу жизнь, как есть. Например, селим в муниципальную гостиницу «Ока». Правда, накануне вместе с директором гостиницы ищем номер, где не слишком страшная ржавая сантехника, требуем гарантий, что не будет тараканов, собираем самые не рваные кресла из разных номеров, заставляем постелить новое белье, покупаем чайные, кофейные и сахарные пакетики, печенье, приносим приличный электрический чайник. Но после ночевки немец все равно сказал, что за такой номер должен не он платить, а ему.  

Никто из них не жаловался, но думаю, что ездили они к нам в памперсах. По крайней мере, они никогда не посещали туалеты в администрации, которые были тогда невообразимо жуткими, тем более, что после обеда у нас в городе вообще не было воды. Приличные туалеты в администрации появились только в 2000-х годах.

Зато мы показывали гостям из Германии наши достопримечательности. Им почему-то особенно интересными казались службы в православных храмах. Однажды организовали выезд на природу. Были в гостях у известного местного художника. В свою очередь они приглашали нас в немецкое посольство на рождественские торжества. В общем, подружились. И я навсегда благодарна и за учебу и за дружбу немецким коллегам. А особенно Эмилю Эмильевичу Маркварту. Это немец, что называется, из Казахстана, т.е. абсолютно русскоговорящий, очень знающий, понимающий нашу специфику. И замечательный человек. 

Все годы взаимодействия с европейцами наши недоверчивые чиновники спрашивали: с какой стати они пытаются помогать нам, тратя на это свои деньги? Немецкие консультанты отвечали очень просто: мы с вами соседи в общем европейском доме. Каждый знает, как опасен бедный, пьющий, а то и живущий разбоем сосед. Ради собственного спокойствия мы хотим, чтобы Россия стала сильной, процветающей, богатой страной. Кажется, они до сих пор этого хотят, хотя Россия таки стала разбойничать на сопредельных территориях (Грузия, Украина).

Какой должна быть цивилизованная торговля

Первая программа, по которой мы начали работать с немецкими коллегами – это организация целенаправленной малой приватизации в Серпухове. Но прежде всего они объясняли нам, какой должна быть цивилизованная торговля. Например, что магазины бывают трех видов:

– Дискаунтер, как правило, располагается за городом на оживленной трассе: я езжу туда раз в месяц, покупаю коробку макарон, запас моющих средств и другие товары длительного хранения, – объясняет консультант. – На оживленных городских улицах, где люди идут и едут с работы, располагаются супермаркеты – большие магазины самообслуживания для ежедневных покупок. Их отличает широчайший ассортимент всех необходимых для жизни свежих товаров. И, наконец, магазины по соседству – как правило, небольшие торговые точки, где часто продавцами работают сам хозяин и члены его семьи. Эти магазинчики предлагают своим постоянным покупателям эксклюзив: бутылку молока и свежеиспеченные булочки под дверь квартиры к завтраку, сюда можно обратиться хоть за полночь, если приехали нежданные гости, здесь можно взять продукты в долг и т.д. Самые дешевые – дискаунтеры, самые дорогие – магазины по соседству.

Также нам было предложено сначала проанализировать схему территориального размещения объектов торговли, на предмет ее соответствия нуждам населения. Сейчас это кажется смешным, но в начале 90-х на ул. Ворошилова от Универсама до вокзала не было ни одного продовольственного магазина, при том, что во встроенно-пристроенных помещениях многоэтажных домов было довольно много промтоварных. Значит, учили нас немцы, в конкурс по продаже нескольких промтоварных магазинов надо закладывать условие их перепрофилирования в продовольственные.

Старались, составляли схемы, закладывали условия. Но нужно честно признать, что все наши усилия были сметены стихией – работающая в конкурентном рынке торговля сама знает, чем в том или ином месте лучше торговать. Магазины сами по себе открываются, закрываются, перепрофилируются, сливаются, разделяются и т.д. Проблемы с их доступностью для населения просто перестали существовать. Сетевая торговля получилась чем-то средним между дискаунтерами и супермаркетами. Магазины по соседству совсем не состоялись.

Администрация, доброжелательная к предпринимателям

Так назывался следующий наиболее объемный проект сотрудничества с немцами. В его рамках разрабатывалась программа поддержки малого бизнеса, который, по мнению немцев, является основной движущей силой развития муниципалитетов. Но прежде всего до сотрудников администрации надо было донести мысль о социальной роли малого бизнеса.

– Именно малый бизнес, – убеждали чиновников немецкие консультанты, – обеспечивает население муниципального образования жизненно необходимыми товарами и услугами, создает множество рабочих мест, ничего не требуя от государства, но снимая с муниципальных властей огромный груз социальных обязательств. Малый бизнес – это вообще-то не про налоги, а про жизнь.

Читались лекции, проводились семинары, к участию в которых многих ведущих сотрудников администрации удавалось привлекать с огромным трудом. Да, семинары с немцами – занятие непростое. Иногда они растягивались на целый день с представлениями, расшаркиваниями, переводами с немецкого на русский и обратно. Но каждый раз дарили какую-то новую идею, которую мы потом превращали в местный нормативный акт и реальное дело.

Создание инфраструктуры поддержки малого бизнеса

В 90-е годы регистрацией юридических лиц и индивидуальных предпринимателей занимались местные администрации. Отдел регистрации был создан в комитете по управлению имуществом. Также в комитете по имуществу был создан отдел поддержки малого бизнеса из трех человек. Он разрабатывал программы поддержки, помогал общественным объединениям предпринимателей. Поддержка в то время не содержала в себе финансовой составляющей, но помогала справиться с «наездами» проверяющих органов, в том числе, с помощью обучения грамотному ведению бизнеса. Был также создан совет малого бизнеса из предпринимателей под моим председательством. Не могу не вспомнить два случая победы этого совета над администрацией.

Гендиректор ОАО «Серпуховхлеб» В.П. Фокин многие годы мечтал монополизировать серпуховский рынок хлеба. Ему не нравилось, что мелкие хлеботорговцы везут товар из Москвы, из Тулы, из Калуги, торгуют продукцией малых пекарен, разнообразя ассортимент и не позволяя монопольно задирать цены. Администрацию он убеждал обещаниями роста вклада его предприятия в городскую казну. Под давлением видного промышленника организовывались разные проверки мелкой торговли, что никак не давало результата. И тогда был придуман, как казалось некоторым, беспроигрышный ход: дополнительная городская сертификация хлебной продукции. Собственно, особенным в ней был только один пункт: допускать к продаже на городских прилавках можно только запаянный (или «заламинированный») хлеб. Дело в том, что машинка для сварки полиэтилена на хлебной буханке имелась в наличии только у «Серпуховхлеба». Выездное заседание совета администрации в офисе ОАО, довольно долгие споры насчет законности такой меры. Я доказывала, что сертификация продукции не относится к полномочиям местного самоуправления. В результате против проголосовала только я, еще, кажется, С.Ф. Шевченко воздержался. Постановление о дополнительной сертификации было подписано Адушевым. А потом оспорено советом малого бизнеса в антимонопольном комитете, строго указавшем администрации на неуместность принятия на себя государственных функций. Постановление было отменено.

Второй случай – попытка монополизации в сфере наружной рекламы. У соответствующего положения было два автора: первый замглавы Н.С. Мисник и владелец рекламной компании «Скорпион» П.Н. Залесов. Собственно, авторство их было достаточно небрежным: они просто переписали текст московского документа, причем, не достаточно бдительно отследив чисто московские (субъекта федерации) обороты, там даже слова типа «правительство Москвы» периодически встречались. А суть дела была в том, что полномочия по оформлению разрешительной документации для размещения наружной рекламы передаются от администрации не кому-нибудь, а «Скорпиону». И это положение было оспорено советом малого бизнеса в антимонопольном комитете, и снова с разгромным для администрации результатом.

В 1994 году опять же нашими усилиями была создана Серпуховская торгово-промышленная палата. Живет и процветает до сих пор.

Тогда была реализована подаренная немцами идея бизнес-инкубатора – места, где начинающие предприниматели за небольшую арендную плату (получив заодно юридический адрес, телефон, интернет, множительную технику и прочие офисные возможности, а также бухгалтерские и маркетинговые услуги, обучающие программы) могут открыть свой офис или производство. Эту идею мы реализовывали вместе с Центром занятости (в то время директором была В.И. Мантуло), которому выделялись федеральные деньги на создание рабочих мест. Первый бизнес-инкубатор был размещен на четвертом этаже Дома быта. Мы предоставили помещение, Центр занятости сделал ремонт и назначил исключительно энергичного директора – Л.К. Воронову. Почти сразу бизнес-инкубатором воспользовались несколько предприятий, например, компьютерный учебный центр, налоговые консультанты, салон красоты и другие. Площадей для производства там не было. Я полагала, что для производственных нужд в дальнейшем можно будет использовать другие этажи Дома быта. Но денег на приведение их хотя бы в относительный порядок не было.

Малый бизнес и решение социальных проблем

Например, проблемы пассажирских перевозок. Серпуховские старожилы помнят, как часами стояли на остановках, как брали автобусы с боем, битком набиваясь в салоны. Потом, как только федеральным законодательством было разрешено, появились частные перевозчики. Они выехали на улицы в купленных по случаю раздолбанных, дымящих «коробочках» и стали нахально обгонять государственный транспорт, собирая платящих пассажиров и оставляя автоколонне одних пенсионеров.

Немцы научили нас, как эту частную инициативу упорядочить. Под их методическим руководством администрацией было разработано положение о конкурсном распределении маршрутов между перевозчиками, где также были определены требования к их техническому и организационному обеспечению. Внедрение этого положения было совсем не простым делом, можно вспомнить, например, смертельную обиду тогдашнего руководства автоколонны №1790, в отместку перерегистрировавшего свое предприятие в районную юрисдикцию. Но знаю совершенно точно, что Серпухов был первым городом в РФ, который провел эту реформу.

Постепенно частные автобусные маршруты проникли в уголки Серпухова, где до них никогда не было общественного транспорта, и эти районы перестали были неудобными для жизни.

Также при содействии консультантов из Германии малым бизнесом было  совершено еще одно огромное дело для жителей города – кабельное телевидение. Обслуживанием антенного хозяйства испокон веку занимались домоуправления. В течение многих лет жители нашего города могли смотреть 1-2 канала с очень низким качеством. Из-за бесконечных краж усилителей многие дома и вовсе оставались без любимого развлечения. И это была серьезная социальная проблема – администрацию просто замучили жалобами. Обращения в областные и федеральные органы результата не давали: Серпухов расположен в зоне неуверенного приема и от останкинского, и от тульского ретрансляторов. Первым предложил выход основатель малого предприятия «Антарис» Е.И Селиванов, профессиональный связист, ранее работавший в соответствующей службе Радиотехнического завода. Администрация рискнула передать ему обслуживание антенного хозяйства в многоквартирных домах микрорайона им. Ногина, и предприятие занялось созданием кабельного телевидения. К идее присоединились предприятия «Астон» и «Гарант+», взяв на обслуживание антенное хозяйство в домах, закрепленных за другими домоуправлениями.

В 1997 году администрация подписала с ними 10-летний договор, закрепив за каждым определенные участки, установив порядок индексации тарифов. При этом договорились, что любой дом может перейти к другому оператору, если на это будет решение более 50% голосов собственников квартир.

Единственным источником дохода для связистов была очень небольшая плата населения за коллективную антенну. Но малые предприятия не сдавались, делали свою огромную работу, беря кредиты. Ставили принимающие устройства, усилители, тянули кабель… Через несколько лет практически все многоквартирные дома были обеспечены качественным сигналом кабельного телевидения. Пошли в частный сектор.

Конкурсы по выборам директоров муниципальных предприятий

Мы начали их проводить также по подсказке немецких консультантов. Так, по результатам конкурса директором МУП «БТИ» стала совсем юная тогда Елена Орленок, представившая интересную программу развития предприятия. И она ее выполнила – сделала предприятие современным, компьютеризированным. Не могу забыть ужас, испытанный мною при первом посещении БТИ – деревянные коробки с архивами, ветхие альбомы с едва держащимися, а то и вырванными листами, на которых фиксировались данные о собственниках частных домов. И все это в ветхом, кажется, дореволюционной постройки здании, которое в случае любой неосторожности могло сгореть вместе со всем содержимым. Если бы все осталось на таком уровне, никакие права собственников приватизируемого жилья невозможно было бы гарантировать.

Дом быта долгое время был для нас изрядной головной болью. Огромное пятиэтажное здание в центре города с высокими потолками и только грузовым лифтом, занятое сапожными и швейными мастерскими, ремонтом часов, изготовлением ключей – предприятиями, при всем старании не способными его содержать. К тому же с появлением дешевого импортного ширпотреба спрос на услуги индпошива резко упал.

Для организации обслуживания здания Дома быта создаем муниципальное предприятие. Объявляем и проводим конкурс на замещение должности его директора, победителем стал молодой предприниматель Александр Пак. Его задача – организовать сдачу площадей в аренду (деньги в местный бюджет), получать с арендаторов средства на оплату коммунальных услуг и на необходимый текущий ремонт, т.е. решать задачи управляющей компании (такого понятия в те времена еще не было). Первые этажи с удовольствием берет в аренду торговля, которой 3, 4, 5 этажи не интересны. Есть еще огромный подвал, лишь небольшую часть которого занимают инженерные коммуникации, все остальное – строительный мусор, «хранившийся» там десятки лет. Принимаем решение дифференцировать ставки арендной платы в зависимости от этажа. Самая низкая цена для подвала, самая высокая – первый и второй этажи. Дело пошло. За несколько лет предприниматели за свой счет обустроили в подвале целый торговый город. И на верхних этажах тоже практически не осталось свободных мест.

Позднее я видела точно такие же здания (это типовой проект) в других городах России, например, в областном центре Пскове: на первых этажах торговля, все остальные – с выбитыми стеклами. Это я о былых возможностях творческого подхода местных администраций к решению задач местного значения. В 2000 годах областная администрация лишила местные администрации права регулировать арендные отношения, установив единые ставки аренды во всех городах Подмосковья – будь то Реутов, стоящий на МКАД, или, например, Озеры. Хорошо, что мы к этому моменту уже успели с помощью гибкой системы и энергии предпринимателей восстановить большинство доставшихся нам от советской власти полуразрушенных нежилых зданий.